Его называют вторым Пушкиным, но это несправедливое сравнение. Если Пушкин — это наше солнце, гармония и ясность, то Лермонтов — это ледяное пламя Кавказа, бессонница над заснеженным Петербургом и горькое пророчество человека, который слишком рано всё понял. Он первым в нашей классике посмотрел в бездну экзистенциальной тоски и не отвел глаз.
Именно об этом наш очередной подкаст.