Николай Кузнецов — человек, имевший большое количество разных оперативных псевдонимов и чужих имен, считавшийся разведчиком-самородком и ставший профессионалом разведки и военных диверсий, — навсегда останется в ряду самых легендарных разведчиков советского периода нашей страны
«Если бы меня спросили, кого я считаю самой сильной и привлекательной личностью среди плеяды борцов против фашизма, я бы без колебаний ответил: Николая Ивановича Кузнецова, великого гуманиста, уничтожавшего тех, кто хотел уничтожить человечество».
(Нобелевский лауреат Ф. Ж. Кюри)
«Облик народного мстителя Николая Кузнецова всегда был для меня примером безграничного служения своему народу и своей родине, человечеству и прогрессу».
(Космонавт Юрий Гагарин)
В Пермяцком автономном округе, куда он приехал в 1930 году и где позднее начал сотрудничать с ОГПУ, ему присвоили псевдонимы «Кулик» и «Ученый». Работая на «Уралмаше» и занимаясь оперативной разработкой немецких специалистов, он носил псевдоним «Колонист». В Москве, в конце 30-х, получил паспорт на имя Рудольфа Шмидта и под этим именем стал ценнейшим агентом контрразведки НКВД, обеспечивающим доступ к самым секретным материалам немецких дипломатов, с которыми тесно общался. За линию фронта (в войну) он отправился с документами на имя обер-лейтенанта Пауля Зиберта, а в партизанском отряде «Победители» его знали, как Павла Грачева.
Николай Иванович не просто знал немецкий язык. Он владел шестью диалектами этого языка и, прежде всего, берлинским. Его берлинский диалект считался (среди немцев) врожденным. Кроме того, будущий разведчик успел самостоятельно изучить коми-пермяцкий язык (и даже писал на нем стихи), эсперанто (на который перевел стихотворение Лермонтова «Бородино», а также польский и украинский языки.
По утверждениям исследователей его биографии, Кузнецов имел уникальный статус особо засекреченного агента с окладом содержания по ставке кадрового оперуполномоченного центрального аппарата.
С началом Великой Отечественной войны Николай Кузнецов стал упорно проситься на фронт. Ему последовательно отказывали, пока не пришел на него персональный вызов из 4го Главного управления НКВД. Руководил им полковник Павел Судоплатов, и управление отвечало за организацию разведывательно-диверсионной работы в немецком тылу. К 1942 году он был переведен в главк и вскоре активно включился в подготовку к заброске в немецкий тыл.
Задача, которую получил Кузнецов-Зиберт, заключалась не только в получении разведданных, но и в ликвидации наиболее крупных и важных германских оккупационных чиновников и военачальников. В общей сложности за 16 месяцев работы в тылу противника Николай Кузнецов лично уничтожил одиннадцать «объектов», среди которых были: генерал-майор, командующий карательными войсками на Украине, Макс Ильген, глава юридического отдела рейхскомиссариата Украины Альфред Функ, шеф правительства дистрикта Галиция Отто Бауэр и начальник канцелярии правительства генерал-губернаторства доктор Генрих Шнайдер. Единственная задача, с которой так и не удалось справиться Кузнецову, — ликвидация рейхскомиссара Украины Эриха Коха: были предприняты две непосредственных попытки убить его, но обе оказались неудачными.
Среди множества ценнейших разведывательных сведений, переданных Николаем Кузнецовым за время работы в немецком тылу, были и две настоящие сенсации. Одна из них — данные о построенной под Винницей секретной полевой ставке Адольфа Гитлера «Вольфшанце» («Волчье логово»). Документы, в которых указывалось местоположение бункера, Кузнецов получил 7 февраля 1943 года, когда захватил курьера рейхскомиссариата Украины майора графа Гаана.
Осенью того же года Кузнецов первым из советских разведчиков получил информацию о подготовке немцами операции «Длинный прыжок» — по сути террористического акта во время Тегеранской конференции глав стран-участников антигитлеровской коалиции. Благодаря его своевременному предупреждению это покушение удалось сорвать.
В конце зимы 1944 года Николай Кузнецов с небольшой группой товарищей двинулся западнее Ровно, чтобы продолжать работу в немецком тылу: фронт все ближе подходил к городу. Во время этой передислокации он и погиб, столкнувшись с группой украинских боевиков-националистов, переодетых в советских патрульных.
Но еще 5 ноября 1944 года, когда уже было известно о гибели разведчика, но не были известны подробности, Николаю Кузнецову посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.
Его наградной «иконостас» заслуживает большого уважения: золотая Звезда и звание Героя Советского Союза, два ордена Ленина, медаль «Партизану Отечественной войны» 1 степени, другие награды.
Из воспоминаний командира спецотряда «Победители», полковника Дмитрия Медведева:
«Эрих Кох… Пауль Даргель… Альфред Функ… Герман Кнут… Эти имена были хорошо известны на захваченной гитлеровцами территории Украины. Главари гитлеровской шайки со своими подручными грабили, душили, уничтожали все живое на украинской земле.
Одно упоминание этих имен вызывало у людей содрогание и ненависть. За ними вставали застенки и виселицы, рвы с заживо погребенными, грабежи и убийства, тысячи и тысячи погибших, ни в чем не повинных людей.
И когда Николай Иванович Кузнецов стал просить нашей санкции на совершение акта возмездия над заместителем гаулейтера Паулем Даргелем, мы не стали его удерживать.
Всю ночь шла работа над серым «оппелем» ровенского гебитскомиссариата. Машину перекрашивали в черный цвет, поставили другой номер, снабдили новыми документами.
И тридцатого сентября Кузнецов, приступив ко второй попытке ликвидации Даргеля, метнул гранату в Даргеля и его адъютанта. Оба фашиста упали. Небольшой осколок гранаты попал в левую руку Николая Ивановича. Это не помешало ему быстро продолжить движение».
В 1926 году окончил школу-семилетку и поступил на агрономическое отделение Тюменского сельскохозяйственного техникума, однако уже в 1927 году вынужден был, после смерти отца, переехать ближе к дому, чтобы помогать матери, и продолжить учебу в Талицком лесном техникуме, параллельно подрабатывая.
Именно тогда и увлекся Николай всерьез изучением немецкого языка, поскольку его коллегами, по стечению обстоятельств, были несколько этнических немцев. И Кузнецов оказался очень способным учеником и быстро научился бегло изъясняться по-немецки, причем на нескольких диалектах.
Эти уникальные лингвистические способности Николая Кузнецова и предопределили его дальнейшую судьбу — судьбу разведчика-нелегала, а затем, в годы Великой Отечественной войны, и разведчика-диверсанта.
Он работал с иностранными дипломатами, вербовал многих из них, участвовал в перехватах дипломатической почты. Кузнецов помог вскрыть сейф и сфотографировать ценные документы в квартире военно-морского атташе Германии фрегаттен-капитана Норберта Вильгельма Баумбаха. Позже Кузнецов смог проникнуть в ближайшее окружение военного атташе Германии Эрнста Кестринга. Безупречное знание немецкого языка и смелость всегда были ему в помощь.
Партизанскому отряду «Победитель» предстояло работать на оккупированной территории Западной Украины, где крайне необходимо было не только расширить базу партизанского движения, но и создать разветвленную разведывательную сеть в тылу врага, собирать информацию от своей агентуры и передавать ее в центр.
Важная роль в диверсионной деятельности отводилась Николаю Кузнецову, которому на тот момент предстояло действовать в образе немецкого офицера Пауля Зиберта. К слову, надо ли говорить, насколько ценными были сведения, доставленные в партизанский отряд в лице похищенного им генерала Макса Ильгена, главного карателя Украины?!
При покушении на Геля, имперского советника финансов фашистской Германии, Кузнецов ухитрился подбросить немцам документы, дискредитирующие руководство ОУН-УПА , и немцы обрушились с репрессиями на своих верных холуев.
И все же основной работой Николая Кузнецова была именно разведка. Вот лишь некоторые важные результаты его разведывательной работы, способствовавшие победам Красной Армии на фронтах.
А когда Ровенщина была освобождена от оккупантов, Николай Иванович по заданию Центра перебрался во Львов, где продолжил свою разведывательную и диверсионную деятельность.
Ему удалось раздобыть и переправить в Центр план минирования Львова. Город, который немцы при отступлении планировали взорвать, был спасен советскими войсками от разрушения.
Его останки, после идентификации, с воинскими почестями захоронили во Львове, на военном кладбище «Холм Славы» 27 июля 1960 года, в присутствии тысяч горожан и многих бывших партизан-медведевцев, приехавших со всего Советского Союза.
Однако, это совсем не означало, что память о нем останется в сердцах проживающих там людей на долгие годы. Печальная хроника уничтожения памяти о Кузнецове на Украине такова:
В 1990 — 1991 годах в западно-украинских СМИ появился ряд протестов участников украинского националистического подполья против увековечивания памяти Николая Кузнецова;
В 1992 году памятники Герою Советского Союза Николаю Кузнецову в украинских городах Львове и Ровно были демонтированы;
В 2015 году был снесен памятник Николаю Кузнецову в селе Повча Ровенской области Украины;
В 2015 году имя Николая Кузнецова было внесено в «Список лиц, подпадающих под «Закон о декоммунизации», память о которых должна быть стерта с исторической и карты Украины;
В 2018 году могила Николая Кузнецова была осквернена во Львове;
Более того, Львовская мэрия ответила отказом (несмотря на продолжающиеся факты надругательства над могилой Николая Кузнецова) на просьбы общественности и властей Свердловской области о передаче останков Героя на родину.
Естественно, в советское время память о Николае Кузнецове увековечили. Его именем называли улицы, ему ставили памятники, издавались публикации, книги и выпускались фильмы.
И ныне, в Российской Федерации, память о выдающемся советском разведчике сохраняется. Более того, на карте страны появляются новые объекты, называемые в честь легендарного разведчика. Например, имя Николая Кузнецова получил парк в Старом Осколе Белгородской области. А на его малой родине, в городе Талица Свердловской области, установлен памятник, и это, кстати, один из тех памятников, который землякам удалось вывезти из Украины. Его портрет размещен на доме, стоящем на перекрестке улиц Ленина и Луначарского (в Талице), а городской сквер и имеющийся музей разведки носят имя Героя Советского Союза Николая Кузнецова.
Из письма Николая Кузнецова брату:
«Я люблю жизнь, я еще очень молод, но потому что Отчизна, которую я люблю как свою мать, требует от меня пожертвовать жизнью во имя освобождения ее от немецких оккупантов, я сделаю это. Пусть знает весь мир, на что способен русский патриот и большевик, пусть запомнят фашистские главари, что покорить наш народ невозможно, так же, как и погасить солнце».
Наталья КОЛПАКОВА. Использованы публикации в сети интернет Сергея Касьянова.