Неистовый Грюнберг

В СРЕДУ, 25-го марта, в професси­ональный праздник работников культуры, в Центральной город­ской библиотеке имени П. Бажова состоялась встреча горожан с из­вестным уральским скульптором-монументалистом, членом Союза художников России Константином Грюнбергом.

Представитель, в общем-то, молчаливой профессии Константин Васильевич оказался на удивление незау­рядным рассказчиком, ироничным, темпе­раментным. Начиная встречу, заявил:

—   То, что я расскажу, этого никто, никог­да, нигде вам не скажет!

Аудиторию Константин Грюнберг крепко захватил с первой же минуты. Вначале коротко сообщил о себе: что вышел из про­стой семьи, родители всю жизнь трудились на Уралмашзаводе.

—   Одна половина у меня вятская (по ма­тери я Рябинин), по отцовской линии, чью фамилию ношу, — из Прибалтики.

В Лесном проживают его друзья дет­ства — братья Валерий и Виктор Марченко. К ним скульптор и приехал в гости.

—   Все мы жили когда-то на Уралмаше. Там для досуга было всего два места: стадион и клуб Сталина, где я занимался в студии.

Рассказывал Константин Васильевич и о годах своей учебы в Ленинграде. Отме­тил, что в институт живописи, скульптуры и архитектуры им. Репина (бывшая Импе­раторская Академия художеств) поступил без всякой протекции.

—   Тогда наступила оттепель, и принимали не по блату, а по труду, по таланту. Семь лет учился у знаменитейших людей. К примеру, у профессора Керзина Михаила Ар­кадьевича. Древний такой дед. Он Ака­демию художеств окончил в 1911-м году. Из богатой семьи. Отец у него был спонсором многих наших известных певцов. Потом — Крестовский Игорь Всеволодо­вич, сын писателя Всеволода Крестовско­го (автора романа «Петербургские трущобы»), Аникушин Михаил Константинович (его памятник Пушкину стоит у Михайловского замка)…

Говорил Константин Грюнберг и о своих скульптурных работах.

—   Скажу я вам интересную вещь. Все мои памятники поставлены к выборам. Как выборы — деньги есть, нет выборов — де­нег нет!..

Труд скульптора, да еще и монументали­ста, чрезвычайно сложен, к тому же, тяжел чисто физически.

—   Вырубая памятник из камня, ежеднев­но приходится колотить кувалдой по шесть часов. Это не гвозди забивать. Дольше нельзя – голова-то соображать должна. Отобьешь лишний кусок, обратно не прилепишь!

Эмоциональные рассказы о создании своих работ Константин Васильевич легко и естественно насыщал смешными историями, яркими характеристиками. Не обошлось без некоторых пикантных подробностей, которые по понятным причинам приводить здесь не станем. Его своеобразные жесты и голосовые интонации превратили «встречу с интересным человеком» в завораживающее действо. Не стань Грюнберг скульптором, вполне мог бы сделаться замечательным актером.

В жизни Константину Васильевичу доводилось встречаться со многими известными людьми. Случалось, что некоторые проекты удавалось воплотить лишь благодаря помощи конкретных лиц. Например, когда недавно екатеринбургские власти не смогли (или не захотели) принять участие в финансировании работы по созданию памятника труженикам тыла, включающего скульптуру «Дети войны», всю работу оплатил депутат Екатеринбургской городской Думы Игорь Володин. Он же привез из Москвы и разрешение на отвод участка земли, находившегося в федеральной собственности.

—   И этот человек — дай Бог ему сча­стья и здоровья! — заплатил за архитектуру, заплатил за планировку, за всё, за всё! — восклицает Константин Васильевич.

Рассказывая, возможно, о главной своей работе, памятнике маршалу Жу­кову, который воздвигнут возле штаба Уральского (ныне Центрального) воен­ного округа, Грюнберг поведал:

—   Я коня всего изучил. Специально в конную секцию поступил. Мне девоч­ки там всего коня измерили: копыта из­мерили, ноги измерили, голову измери­ли… Все измерили!

Проект памятника маршалу, со слов автора, принимали, в том числе, мэр Екатеринбурга А. Чернецкий и глава ад­министрации Свердловской области А. Страхов. Чернецкому памятник сна­чала не понравился. Конь, мол, на дыбы встал на главной улице. Но потом тот же Чернецкий каждый год 9 мая приходил к Жукову с цветами.

—   Вся модель, от нуля до фуражечки, — 8 метров, 4 см, сама же статуя — 5,04 м, — сообщил скульптор. — Когда повезли отлитый на Уралмаше памятник, для него сделали клетку. Подъехали к мосту, а памятник не проходит! Не про­ходит под мостом!!! Клетка большая! Ну что ты будешь делать?! Вызвали ко­манду трамвайщиков (время пять утра было). Они приехали, осторожно приподняли электрические провода, и памятник потихоньку прополз.

Дальше, ни на секунду не останавливаясь:

— На открытии народу было столько, что стоял я как песчинка. Площадь битком была набита. А после открытия стою я в сторонке. Уже никто. Слышу за спиной: «То ли еврей сделал, то ли немец, но сделал как надо…». Я тогда загордился. Ей Богу! Хоть я не еврей, не немец. Двадцать лет назад это было, а как вчера…

Кстати, буквально вчера, то есть, накануне нашей встречи в библиотеке, Константин Грюнберг получил в Екатеринбурге медаль от Фонда Г.К. Жукова. А осенью прошлого года приказом Патриарха Кирилла его наградили Крестом Андрея Иконника 3-й степени. Эта церковная награда вручается исключительно художникам.

Эмоционально общаясь с аудитори­ей, Константин Васильевич в какой-то момент вдруг остановился и, обратив­шись к залу, негромко спросил

– Я не слишком?

–  Нормально!

–  Ну… вы, если что, меня останавли­вайте, я не обижусь…

И увлеченно продолжил:

—   Мне кое-кто говорил, мол, выраже­ние лица у Жукова слишком суровое. Дескать, этим памятником только детей пугать. А тут приехали два немца. Оба здоровые, костюмы у них шикарные, не из магазина, а у дизайнера пошиты. Выходят гордые из роскошного лимузина. Подошли к памятнику, подняли взор на Жукова… Вмиг произошла метамор­фоза! Сразу сникли, как два пса побитых, пригнулись… Вот! — подумал, — Пускай боятся!..

Полтора часа встречи в «Бажовке» пролетели, словно несколько минут. Завершая, Грюнберг бросил:

—   Если будет провиденье Божье, может, и у вас что-нибудь поставлю.

Стоит, наверное, напомнить читате­лям и другие широко известные рабо­ты скульптора Грюнберга. Это монумент воинам-афганцам, названный в народе «Черный тюльпан», скульптурная группа Царственным Страстотерпцам у Храма-на-Крови,   памятник  воинам-спортсменам «Лыжный батальон», что находятся в Екатеринбурге, родном городе скульптора. В Невьянске, недалеко от легендарной башни, стоит памятник Петру Первому и промышленнику Демидову. В городе Сарове — бюст генералу Б. Мазрукову.

Монументальные, мощные композиции, созданные Константином Грюнбергом, отражают сильные характеры, полные воли и мужества. В них явно проявляется неистовая натура автора.

По ходу встречи у всех присутствующих невольно возникала мысль: хорошо было бы, чтобы и в Лесном стоял монумент, возведенный мастером. В конце-то концов, наш город заслуживает, чтобы в нем появился настоящий, профессионально выполненный высокохудожественный памятник! Темы и герои давно ждут.

                                                                   О. КАРЯКИНА, В. СТРУГАНОВ. Фото В. Маслова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

 

Авторизация

Новые поступления


Художественная литература

Медицинская литература

Отраслевая литература

Новинки медиатеки